Открытое письмо к членам Общества защиты животных о создании при обществе секции защиты людей

Вся прогрессивная украинская общественность, а также демократические и не очень средства массовой информации Украины, активно протестуют против фактического запрета на использования кетамина для операций на животных (обращение было составлено в начале 2011 года, но остается актуальным до сих пор).

Но и прогрессивной общественности, и СМИ, скоро объяснят, что никакого запрета нет. Нужно просто оформить лицензию на использование психотропных препаратов, периодически ее переоформлять, иметь особые рецепты и печати, несгораемый сейф-холодильник, привинченный к полу, для хранения рецептов, печати и кетамина. Врачам-ветеринарам необходимо будет пройти обследование у психиатра, чтобы исключить наркотическую зависимость и т.д. и т.п. И если найдется самоотверженнный провизор (аптекарь), который оформит лицензию и рискнет торговать этим лекарством, а производитель или импортер кетамина тоже оформит соответствующую лицензию, и установленная специально созданной государственной организацией ограниченная квота на производство или ввоз кетамина позволит, то оперируйте себе (собачкам) на здоровье.

В Интернете стречаются легкомысленные заявления и предложения о том, как обойти это досадное «недоразумение» с кетамином. Например, оперировать животных на дому или везти кетамин из других стран. Предупреждаю: не надо этого делать.

В сентябре 2006 года российский музыкант Вячеслав Бусыгин после серьезной операции на щитовидной железе направлялся на своем автомобиле в Крым с целью лечения. С собой он вез назначенные ему психотропные лекарства, ввоз которых на Украину с 1997 года приравнен к контрабанде наркотиков (на кетамин сейчас распространены такие же ограничения). В результате Бусыгину пришлось провести 3 месяца в украинском СИЗО. Аналогичная история случилась с российским архитектором Дмитрием Гейченко в июле 2006: у него было с собой 28 таблеток феназепама (для лечения в течение 10 дней, которых он хотел провести в Крыму). Через год он был оправдан украинским судом, вероятно из-за небольшого размера партии перевозимого лекарства. Если бы он собирался провести в Крыму, например, месяц, и запасся лекарствами на этот срок, то дело могло бы обернуться гораздо серьезнее.

Следует отметить принципиальность наших таможенников и судебных органов, честно и последовательно выполнявших положения нашего законодательства. Несмотря на вакхоналию политических спекуляций, поднятых российскими СМИ, не имеющих понятия о национальных особенностях украинского антинаркотического законодательства: в России, как и во всем мире, нет уголовной ответственности за психотропные лекарства. Но, как известно, незнание закона не освобождает от ответственности за его нарушение.

Кстати, три месяца в СИЗО – это небольшой срок: один мой знакомый уже четвертый год ожидает в СИЗО окончательного суда. В этой связи следует отметить, что Украина упустила при подготовке к Евро 12 один важный фактор. Психотропные препараты, аналогичные вышеупомянутому феназепаму, на Западе свободно продаются по обычному рецепту врача или без всякого рецепта по Интернету. Мы готовим стадионы, дороги, а готовы ли наши СИЗО к длительному пребыванию в них иностранных болельщиков? И по бытовому уровню, и по международным требованиям к тюремной медицине? Ведь эти лекарства не вызывают эйфории, их принимают не наркоманы, а люди с невротическими расстройствами. И их надо будет лечить теми же лекарствами, за провоз которых их задержат на границе. Возможно, благодаря этим арестам и документальному сериалу «Злоключения за границей» о существовании страны Украина узнает больше людей за рубежом, что является одной из целей «Евро 12». Но будет ли лицо Украины в виде наших СИЗО представлено в этом сериале достойно?

Об операциях на дому с использованием кетамина имеется поучительный российский опыт в период временного на него запрета. 22 октября 2003 года московского ветеринара Константина Садоведова вызвали на дом для стерилизации кошки. Приехав на вызов, ветеринар надел халат, разложил операционный столик, зафиксировал кошку, набрал в шприц кетамин - и был схвачен за руку якобы хозяином кошки. Он оказался сотрудником Госнаркоконтроля, проводившим "оперативный эксперимент". Арестованного ветеринара обвинили в приобретении кетамина с целью сбыта, незаконном хранении и "попытке сбыть его путем инъекции кошке".

Следствие продолжалаось около года. На суде адвокату удалось доказать, что по логике существующего законодательства объектом сбыта может являться только физическое лицо. Таким образом, кошку надо признать физическим лицом, и в соответствии с Уголовно-процессуальным кодексом вызвать в суд в качестве свидетеля и потерпевшей. Некоторое время суд серьезно обсуждал вопрос, кто является опекуном кошки (после отмены рабства у физического лица не может быть хозяина), т.к. дееспособность кошки выступать на суде в качестве свидетеля вызывала большие сомнения. В конечном итоге оказалось, что правозащитные органы склонили к участию в «следственном эксперименте» бродячую (не имеющую опекуна) кошку, которая, воспользовавашись суматохой при аресте, бежала с операционного стола и бесследно исчезла в российской столице. Ветеринар был оправдан. Где вы, современные Булгаковы?

Мы, человеческие врачи Украины, знакомы с этой фантасмагорией, начиная с 1997 года. Тогда Верховная Рада в полном политическом консенсусе установила ограничения для использования психотропных лекарств. Таких ограничений, которых нет ни в одной другой стране. После этого из трех десятков необходимых лекарств на Украине периодически доступны (точнее, доступны с трудом) только четыре.

В этом году в нашем городе единственная городская детская больница по объективным причинам не смогла оформить в Киеве лицензию на использование психотропных лекарств. Поэтому, всех детей с судорогами везут в областную детскую больницу. А если бы администрация и нашей больницы тоже не смогла бы оформить лицензию?

Стоит ли после этого говорить о таких «мелочах», как недоступность для родителей детей и больных эпилепсией ректальных тюбиков диазепама для быстрого снятия судорог до приезда скорой помощи, которая сделает укол того же диазепама(сибазона)? Наверное стоит, так как у «скорой помощи» по объективным причнам (точнее по субъективным причинам нашей Верховной Рады) может не оказаться этого лекарства.

Сколько самоубийств можно было бы предотвратить при большей доступности «запрещенных» психотропных препаратов для мгновенного облегчения депрессии и стрессовых реакций (доступные антидепрессанты «раскачиваются» 3-4 недели)? Впрочем, я оговорился, «доступный» антидепрессант амитриптилин «осужден» в этом году одновременно с кетамином. Причем, без «суда и следствия», так как не дает ни «кайфа», ни привыкания. Единственная его «вина»: одна таблетка стоила не более десяти копеек. Но, остается возможность назначить другие, более современные, антидепрессанты (от 2-3 до 20 гривен за таблетку).

Так что то, что случилось с кетамином, нас не удивляет. Удивляет другое, на протяжении 13 лет мы, украинские врачи и ученые, пишем письма в Комитеты Верховной Рады, взываем к СМИ, политикам и депутатам и нас никто не слышит.

Но сейчас, когда этот же вопрос коснулся собак….!!!

Поэтому, я умоляю руководство Общества защиты животных, возьмите нас, людей, под свою опеку: создайте при обществе секцию защиты людей. Ведь мы тоже млекопитающиеся, и, где-то в глубине души, звери.